ARD NEWS

The offshore pipeline which will carry Russian gas to Turkey, will consist of four parallel pipelines running through the Black Sea. The pipelines will enter the water near Anapa, on the Russian coast, and come ashore on the Turkish coast some 100 kilometers west of Istanbul, near the village of Kiyikoy.

Article taken from

https://www.upstreamonline.com/online/allseas-boss-joins-putin-on-pioneering-spirit/2-1-112121

Yamal project could be completed earlier than expected

* Arctic LNG 2 construction in 2019 subject to final decision

* Both projects could pump 70 mln T vs Qatar’s 77 mln T

* Tighter U.S. sanctions do not impact technology purchases


By Sabina Zawadzki


https://www.reuters.com/article/lng-novatek/russias-novatek-aims-topple-qatar-from-lng-top-spot-idUSL8N1JK3BK


LONDON, June 23 (Reuters)


Russian gas producer Novatek aims to topple Qatar as the world’s biggest exporter of liquefied natural gas as it gets closer to completing its first LNG project, a top executive said, batting away concerns about U.S. sanctions on the sector.


The country’s largest non-state gas producer is expected to start exporting LNG from the first phase of the Yamal project, situated far above the Arctic circle, towards the end of this year and may bring forward its final stage by six months, CFO Mark Gyetvay said.

But it is the inception of Novatek’s second, and Russia’s third, large-scale LNG project called Arctic LNG 2 that would transform the company, headed by Russia’s richest businessman Leonid Mikhelson, into a top global producer within a decade.


“We have huge ambitions to be just as large as Qatar is as one country, but as one company,” Gyetvay said in London on the sidelines of an energy forum.


Qatar and Russia have long been rivals in global gas markets. Qatar’s supplies came under the spotlight in the past month after Saudi Arabia cut economic and diplomatic ties, in a move ratcheting up a wider violent and diplomatic conflict in the Middle East.


SECOND PHASE

In terms of LNG, Qatar is by far the largest exporter, selling 77.2 million tonnes of the liquefied gas and accounting for just under 30 percent of market share in 2016, according to energy research group IHS and the International Gas Union.


Russia that year was seventh with exports of 10.8 million tonnes and a 4 percent market share. The Yamal project, once all stages are complete, will export an additional 16.5 million tonnes, which would put Russia, already the world’s largest crude oil exporter, in third place just below Australia.


Of progress on Yamal, Gyetvay said the second phase would be ready in the second half of next year while the third could be completed by the first half of 2019, rather than the second, as all facilities were expected to be delivered this year.


“If we do Arctic LNG 2 – we’ll start the process of construction in 2019 if we make that FID (final investment decision) – the plan is to make sure we have the first LNG in the market by 2023,” he said.


Mikhelson said on March 29 production from the two projects on the Yamal and neighbouring Gydan peninsula could produce more than 70 million tonnes annually – within spitting distance of Qatar’s exports. And President Vladimir Putin told Mikhelson a day later Russia not only could but would become the largest LNG exporter should the pace of development continue.


Saudi Energy Minister Khalid al-Falih expressed the Kingdom’s interest in participating in the Arctic LNG 2 project earlier this month although Gyetvay said it was too early to comment on any future foreign investors. Qatar already has a large investment in Russia’s energy industry in the form of the 19.5 percent stake in Russia’s largest oil company, Rosneft, that it bought last year with trading group Glencore.


Western sanctions on Russian companies including Novatek “obviously had an effect” on the Yamal project, Gyetvay said: “We had to revert to the use of Russian and Chinese finance”. But for now, he does not see further impact even as Washington tightened those sanctions because they concern financing rather than technology, which Novatek is free to purchase from anywhere as it needs for its projects.

Статья опубликована в № 4331 от 30.05.2017.




Добыча антиподов

Австралия учит инвестировать в нефтегаз


Автор: Константин Симонов, по мотивам участия в конференции АРРЕА в Перте в мае 2017г.


Обострение соперничества на газовом рынке заставляет пристальнее смотреть на наших конкурентов. Тем более что у них есть довольно много любопытного. Сегодня чаще обсуждается экспорт газа из США, хотя гораздо более солидными по объемам являются поставки СПГ из Австралии. Там уже запущена целая серия заводов, по объемам Австралия надеется скоро обогнать Катар и выйти на 1-е место в мире по продажам сжиженного газа. К концу десятилетия мощности по производству СПГ приблизятся к 90 млн т.


Объем инвестиций в австралийский газовый сектор просто поражает. За довольно короткий период в газовые проекты в Австралии было вложено более $200 млрд. И это, обратите внимание, уже тогда, когда в России вовсю говорили про конечность эпохи углеводородов и бессмысленность новых проектов в нефтегазе. Очень похожая история, кстати, с Соединенными Штатами и их сланцевой революцией.


Пока нам рассказывали, что в углеводороды вкладывают только дураки, а нефтегаз – архаичная отрасль, которой вообще не место в XXI в., Австралия и США привлекали гигантские инвестиции именно в углеводороды, находя новаторские технические решения. В Австралии это утилизация метана угольных пластов, а также огромные плавучие СПГ-заводы. Всем этим Австралия гордится – и по праву.

Но без неприятных моментов не обходится. Сложность проектов стала причиной их затратности и довольно серьезного роста издержек. Скажем, только у проекта Gorgon капитальные затраты оказались почти на 50% выше первоначальных. По ряду проектов себестоимость производства перелезла за $11–12 за миллион британских термических единиц.


Возник довольно неожиданный эффект для внутреннего рынка. Компании вынуждены поставлять газ на экспорт по долгосрочным контрактам. В итоге возник дефицит газа на внутреннем рынке, а в условиях либерализации цены оказались выше, чем даже в Японии, которую традиционно рассматривали как дорогой и премиальный рынок (ведь это чистый импортер газа).


Какие краткие выводы можно сделать из этого? У нас была возможность предложить азиатскому рынку газ с более низкой себестоимостью в больших объемах, нежели мы это сделали. Но мы в свое время момент упустили, в том числе и под давлением агрессивных сторонников диверсификации экономики. А потом вдруг мы бросились наверстывать упущенное и стали активно предлагать рынку СПГ-проекты, невзирая на затраты. Из огня да в полымя. Причем в значительной степени затраты берет на себя государство (даже если это проекты частных компаний). В Австралии основные риски несут мейджоры, что для государства более понятная схема.


Газ – топливо востребованное, но без оглядки на затраты, мотивируя только кейнсианскими целями, проекты делать смысла нет. Мы можем быть конкурентоспособными, но нужно уметь считать издержки и предлагать рынку разумные решения, не бросаясь из одной крайности в другую.


Автор – генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности, член АРД.